marianne68
Ceux qui font les révolutions à moitié ne font que se creuser un tombeau
15.12.2012 в 11:14
Пишет Capra Milana:
функция бонапарта
На выставке в Белинке попалась мне на глаза книга


Александр Анциферов
ФУНКЦИЯ БОНАПАРТА

Путешествие из Октябрьского переворота в Ватерлоо
Изд. 2-е, испр. и доп.
М.: Издательство «Социально-политическая мысль», 2009. 204 с.



Знания А.Анциферова об истории Великой французской революции (цитировать не стану, это все до тошноты банально) не глубже, чем знания Иванушки Бездомного об истории и теории христианства; впрочем, уточнение «научно-популярное издание» отчасти извиняет автора. Но, возможно, именно это невежество позволяет ему проводить кое-какие забавные аналогии.
Я немного попытаю ваше терпение, граждане, пространными цитатами. Не удивляйтесь, когда будете спотыкаться об эмоциональные и логические противоречия в изложении авторской мысли – Анциферов, очевидно, из тех, кто до сих пор не выработал у себя четких оценочных критериев в отношении нашей истории, поэтому благоглупости у него соседствуют с верными суждениями. К примеру: «термидор — политический термин, означающий присвоение национальной буржуазией завоеваний революции, совершенной народом, который сполна расплатился по всем ее счетам собственной кровью».

ОГЛАВЛЕНИЕ
Глава I. РОБЕСПЬЕР ВСЕХ ВРЕМЁН И НАРОДОВ
Глава II. ТЕРМИДОР КАК ВЫСШАЯ СТАДИЯ «СОЦИАЛИЗМА»
Глава III. РАЗВОД ПО-СОВЕТСКИ
Глава IV. ДОРОГА БЕЗ РАЗВИЛОК
Глава V. «ОТШУМЕЛИ ПЕСНИ НАШЕГО ПОЛКА...»
Глава VI. РЕВОЛЮЦИЯ ЗАКОНЧЕНА. ЗАБУДЬТЕ?
Глава VII. «ВЫ НИКОГДА НЕ УЗНАЕТЕ ВСЕЙ ПРАВДЫ»
Глава VIII. В ДЕЛО ВСТУПАЮТ ЭУ
Глава IX. ПРОЕКТ «ПУТИН»
Глава X. «Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО Я ЗНАЮ»
Глава XI. ПРЕЗИДЕНТ РОССИИ ИЛИ ПРЕЗИДЕНТ РОССИЯН?
Глава XII. ЛИБЕРАЛЬНАЯ ИМПЕРИЯ
Глава XIII. ДОЛОГ ЛИ ПУТЬ ДО ВАТЕРЛОО?
Глава XIV. ВАТЕРЛОО
P.S
Библиография

URL записи


Кое-что успела пролистать, благодаря товарищу Л.
Выписала Мне, например, это понравилось:
об «электорате» и о «героях нашего времени»
Пишу, а в памяти встаёт эпизод уже изрядно давнего прошлого. Лето 1989 года. Иду по Тверской мимо Пушкинской площади, которая была тогда местом перманентных митингов, вернее, мини-митингов, на которой роились сонмы агитаторов, собирающих вокруг себя кучки «внемлющих». Неожиданно для себя я оказался возле одной из таких групп. В центре её стоял среднего возраста невидный собой, но зато горячо проповедующий «хмырь», окруженный двумя десятками напряженно слушающих его людей, в основном, особ женского пола и того же, что и оратор, возраста. Тот говорил рублеными фразами-постулатами, не допускающими не то чтобы возражений, а тени сомнений в их истинности.
Кризисы, — вещал он, - бывают только при социализме. При капитализме кризисов нет и быть не может, потому что всё регулирует рынок. А безработица нужна, чтобы поддерживать конкуренцию.
Нужна, нужна, — дружно загалдела толпа, — а то совсем исхалтурились. Никто ничего не делает, а зарплату получают.
Я просто опешил от столь беспардонного извращения элементарных основ политэкономии, к тому же противоречащего фактам реальной действительности. Черт меня дернул за язык, и я из-за спин митингующих неожиданно для себя самого крикнул: — Как это не бывает кризисов при капитализме? А великая депрессия в тридцатые годы? А «нефтяной кризис» десятилетней давности с ростом безработицы — просто запредельным? Кто-нибудь из вас когда-нибудь был безработным? Способны ли вы понять, что это такое?
Оратор-гуру бросил на меня косой и очень недружелюбный взгляд, но промолчал. Зато толпа буквально взорвалась. Какая-то женщина, стоящая впереди меня и ещё минуту назад воспринимаемая мной как вполне почтенная дама, обернувшись ко мне, оказалась разъярённой тёткой, которая с криком: «Иди отсюда, коммуняка проклятый!» занесла над моей головой сумку с недвусмысленным намерением изгнать «коммуняк», не останавливаясь ни перед чем.
Мгновенно осознав, что площадка, на которую меня занесло, «не место для дискуссий», я позорно ретировался, поражённый не столько социальным идиотизмом этих людей, сколько тревожной мыслью о том, что будет со страной, если такие, как они, возьмутся творить её судьбу.
Не знаю, где сейчас тот оратор. Может, сгинул, растворился в дем-тусовке тех лет, как и многие его «соратники по борьбе», а может, служит в администрации президента и пишет оды о «суверенной демократии». Зато я знаю весь дальнейший жизненный путь внимавшей ему аудитории.
Это они восторженно приветствовали «разрушение советской империи» и пришествие Ельцина, которому потом писали коллективные письма с просьбой хоть частично вернуть им денежные вклады, сгоревшие в гайдаровских реформах.
Это они, без сожаления покинув хиревшие под натиском ельцинских «преобразований» научно-исследовательские институты и конструкторские бюро, с безоглядностью первопроходцев с начальным образованием ринулись «челноками» осваивать неведомые дали частного предпринимательства.
Это они составили толпы «обманутых вкладчиков» МММ.
Это они после принятия Госдумой 122-го закона о «монетизации льгот» дружно протестовали, живой цепочкой перекрывая дороги, требовали оставить им «хоть что-то».
Все они, называвшие себя «интеллигенцией», а значит, «солью земли русской», не допускали даже мысли о том, что кто-то их «держит за лохов и лузеров» — то есть неумёх и неудачников, обречённых «кушать» то, что им «впаривают» власти. Начисто лишённые социального опыта, они за благо воспринимали любые перемены, исходя из простейшего наивного постулата: «Всё будет точно так же, только лучше». И вековая русская мудрость, предписывающая семь раз отмерить прежде, чем отрезать, была им не указ.
Упрекать их за то, что они не ведали, что в реалиях означает безработица — бессмысленно. Последний безработный в Советском Союзе покинул биржу труда в 1930 году (в самый разгар «великой депрессии» на Западе), и с тех пор советская промышленность неизменно испытывала дефицит рабочей силы. А социальная сеть была столь прочной, что даже самые уважительные причины (прогулы, пьянство, бракоделие), зачастую, не могли служить основанием для увольнения.

Я тоже с юности таких "хмырей", "хмырих" и толпы помню. И помню, как они взвыли в 90-е. И слышу, как они теперь ноют, по поводу и без...
*
…Пока, во всяком случае, российский Бонапарт, он же премьер-министр, в полном соответствии с отведённой ему функцией, демонстрирует готовность спасать не тех, кого увольняют, а тех, кто увольняет — всё тех же олигархов.
Представлять их невинными жертвами кризиса, право же, смешно. В отечественных СМИ их еще совсем недавно пафосно величали «капитанами российского бизнеса», людьми, наделёнными немыслимыми предпринимательскими талантами, обеспечившими свои успехи титаническим трудом и нечеловеческой прозорливостью.
Однако, как выяснилось, их суммарные корпоративные долги, составившие чуть ли не полтриллиона долларов в виде многомиллиардных кредитов, нахватанных за границей в то время, когда кризис был уже на носу, вовсе эту репутацию не подтверждают. И сегодня они выглядят не отважными капитанами, ведущими свои корабли по выверенному и просчитанному курсу, а вечно нетрезвыми шкиперами, поставленными охранять вверенное им номенклатурное «добро».
То проворство, с которым наши олигархи бросились в правительство за господдержкой, говорит о том, что либо они и есть истинные «лохи» и «лузеры», либо мерзавцы, бравшие в долг, зная, что расплачиваться, так или иначе, будут не они, а государство, которому ради них придётся экономить на всех нас, в том числе — на увольняемых. Оно и понятно: одно дело — быть всамделишными предпринимателями и бизнесменами, ответственными за все последствия принимаемых решений, и другое — «зиц-председателями Фунтами», в чью задачу входит караулить и преумножать украденный номенклатурный «общак». Однако, принимая во внимание неколебимую наглость олигархов, не стоит ожидать, что вызванные кризисом экономические неурядицы ограничат их экспансионистские аппетиты.